Экспозиция в пластике

Русский музей показал искусство из полимеров.

Выставка «Пластическая масса» в Русском музее познакомила посетителей с работами отечественных художников и скульпторов, использующих в творчестве полимерные материалы. Зрителям были представлены скульптуры из пластика, латекса и поролона. «Использование этих материалов в искусстве расширяет границы творчества», – считают кураторы выставки.

В Государственном Русском музее в Санкт-Петербурге прошла выставка «Пластическая масса», которая впервые в России столь полно представила многообразие приемов работы отечественных скульпторов второй половины XX–XXI века с различными полимерными материалами. В экспозицию вошли более 70 работ 30 художников, в числе которых – известные представители актуального искусства.

В ХХ веке как-то особенно прозвучала тема пластмассы. Художники стали к ней обращаться как к современному материалу.

О роли полимеров в современном искусстве и ярком арт-событии журналу «All Химия» рассказали кураторы выставки Екатерина Николаева и Павел Бельский.

Как появилась идея такой выставки?

Изначально нам хотелось сделать выставку скульптуры из нетрадиционных материалов, но по мере изучения информации стало ясно, что лучше сузить тему. В ХХ веке как-то особенно прозвучала тема пластмассы. Художники стали к ней обращаться как к современному материалу. Оказалось, что многие мастера работают с разными видами полимеров, начиная от резины и заканчивая пластикритом. Мы стали подбирать будущие экспонаты и выяснили, что их можно разделить по тематическим направлениям.

Например, многие художники обращаются к теме будущего, но смотрят в него по-разному. Кто-то считает, что человечество ждут техногенные катастрофы и психологические проблемы, связанные с виртуальной реальностью, размыванием идентичности. А кто-то смотрит в будущее очень оптимистично. При этом все работы (и пессимистичные, и оптимистичные) имеют налет научной фантастики.

Манера работы у всех очень разная. Например, арт-группа Recycle отливает свои произведения, а вот Дмитрий Каварга вручную сплавляет различные детали.

«Просветитель». Арт-группа Recycle, 2014. Пластик, лайтбокс.

Сегодня предметы такого искусства очень ценятся, не каждый музей может позволить себе их приобрести.

Хранятся ли в фонде музея произведения из полимеров?

Да, есть такие, например, так называемые found object Константина Симуна (в середине 60-х этот скульптор создал монумент «Разорванное кольцо блокады»). Всю жизнь он работал с традиционными материалами, но всегда искал новые пути: например, делал произведения из кирпичей, из сварного железа. А после переезда в США новые материальные обстоятельства и новая эстетика подтолкнули его к тому, что он стал собирать различные пластмассовые предметы (бутылки, канистры) и делать произведения из таких материалов. Это не повлияло на его художественный язык, но стало новым этапом в творчестве.

Также у нас есть работы из оргстекла, из резины... Большая часть работ, участвовавших в выставке, – из галерей и частных коллекций. Сегодня предметы такого искусства очень ценятся, не каждый музей может позволить себе их приобрести.

А насколько долго могут храниться работы, например, из пластмассы?

Эту проблему художникам еще предстоит решить. Например, есть очень интересный скульптор Сергей Шеховцов – он работает с поролоном, но делает не абстрактные произведения, а реалистичные и в достаточно традиционной манере. Его работы будто вырублены из камня. Изначально он работал с «классическим» поролоном, и срок сохранности такой скульптуры – от 15 до 50 лет. В последнее время этот художник стал использовать современный поролон, более твердый, и нашел состав, чтобы покрывать произведения: он помогает делать материал долговечнее.

«Метро». Сергей Шеховцов, 2007. Поролон, акрил

Различные виды пластмасс с конца 80-х годов очень демократизировали художественный процесс в России.

Какие тематические направления удалось выделить при подготовке выставки?

Первый зал у нас получился апокалиптическим: там достаточно мрачные произведения, представлены духовные проблемы современности и будущего. Например, работа Дмитрия Каварги «Название не имеет значения» из пластмассы показывает техногенную катастрофу – серо-желтые последствия взрыва, в которых еще можно различить воспоминания о прошлой жизни.

«Название не имеет значения». Дмитрий Каварга, 2015. Полимеры, металл

«Ловец», произведение группы CrocodilePOWER, тоже достаточно пессимистичен: человек держит мобильник в руках, а из лица у него растут ветки. Здесь и обращение к сказке, и взаимодействие с виртуальной реальностью.

«Ловец». CrocodilePOWER, 2015. Фиберглас, дерево, металл, мох.

Раньше скульптор был ограничен традиционными материалами. Но теперь художник может у себя дома, взяв какой-нибудь пластикрит, отливать скульптуру. Творить хоть из пакетов.

Второй зал – абстрактные произведения. Здесь представлен, например, сверкающий пластиковый «Трон» Дарьи Суровцевой – размышление о власти, о самолюбовании. Эта художница работает с разными материалами: начинала с декоративно-прикладного искусства, занималась фарфором, потом в ее произведениях стали сочетаться пластик и фарфор.

В этом же зале находится «Черный квадрат» Андрея Молодкина – работа из плексигласа, пластика, металла и... нефти, которую художник называет кровью общества, движителем экономики. Также внимание привлекают абстрактные рельефы Владимира Давыдова, созданные из черных пластиковых пакетов – тех самых, в которые собирают мусор. Казалось бы, бросовый материал, но художник преобразовал его в произведение искусства.

Следующий зал – виртуальная реальность: технологическое произведение UserPic Аристарха Чернышева. Его даже нельзя назвать скульптурой, это что-то на грани объекта и инсталляции – бесконечная смена классических женских образов на экране, который тоже выполнен в форме знака бесконечности. Здесь же размещен «Скафандр» Кирилла Челушкина: это видеоинсталляция, созданная из пенопласта и «оживленная» с помощью видеомонтажа.

Сегодня главное в этих пластиках – то, что они позволяют очень широко выразить мысль художника более доступными средствами.

В зале критического реализма раскрывается тема смерти, распада во всех ее проявлениях. К ней обращаются многие художники. Центральное произведение – «Кристаллизация. Пирамида» Владимира Кустова. Это художник-некрореалист, его всегда волновало отношение человека к смерти и посмертному существованию. Возможно, на эту работу его натолкнуло новое веяние на Западе – некоторые компании сейчас делают по заказу искусственные алмазы из праха умерших. Художник сделал 64 автопортрета в кристаллах из кварцевого стекла, которые имитируют кристаллизацию посмертного существования, и создал из них пирамиду (это отсылка к пирамидам фараонов). Произведение получилось многогранным, как история поисков бессмертия во все времена.

В последнем зале у нас торжество оптимизма. Здесь несколько произведений Саши Фроловой: надутые латексные фигуры, которые отсылают к радости, празднику, будущему. Тоже космическо-футуристическая тема, но при этом все достаточно радостно.

Magnetron. Саша Фролова, 2016. Латекс.

Такой материал, как пластикрит, он же акриловый гипс, открывает огромные возможности перед автором. С ним можно сделать все, при этом не тратя много денег и сил.

Получается, что сила творчества преобразила утилитарный мир полимеров. А как эти новые материалы повлияли на сферу искусства?

Надо сказать, что различные виды пластмасс с конца 80-х годов очень демократизировали художественный процесс в России. Раньше скульптор был ограничен традиционными материалами: например, ему нужно было купить глыбу мрамора, отливать что-то из бронзы... Во-первых, это дорого, а во-вторых, это сложный процесс, в котором участвует не только художник, но и еще десятки людей, которые помогают ему рубить, возить, формовать... А ведь художники часто не имеют ни больших финансовых возможностей, ни даже мастерских. Но теперь художник может у себя дома, взяв какой-нибудь пластикрит, отливать скульптуру. Или резать из пенопласта, или использовать found object, творить хоть из пакетов.

«Упаковка». Антонина Фатхуллина, 2014. Рельеф, пластикрит.

Такой материал, как пластикрит, он же акриловый гипс, открывает огромные возможности перед автором. С ним можно сделать все, при этом не тратя много денег и сил. Он не ядовит, очень легок в технологическом плане: просто заливаешь в какую-то форму, добавляешь цвет и получаешь что хочешь. Поэтому многие художники выбирают именно его.

«Жир». Константин Новиков, 2012. Пластикрит.

С полимерами работают модные авторы, чьи работы востребованы среди коллекционеров искусства.

Почему в советское время полимеры не использовались так широко? Еще не были разработаны подходящие материалы или была другая причина?

Раньше пластмасса использовалась для ширпотреба: предметов быта, игрушек, сувениров. В ней не видели художественных возможностей. Только отдельные художники пытались из нее творить: в частности, Николай Силис, который в 1970 году сделал «Девочку на шаре». Все говорят, что она похожа на бронзу.

Перелом произошел после перестройки. Художники стали больше экспериментировать, появилось больше свободы, да и новые материалы стали доступнее. Возможно, сегодня главное в этих пластиках – то, что они позволяют очень широко выразить мысль художника более доступными средствами.

«Валентина». Юрий Нерода, 1964. Пластмасса, оргстекло, алюминий.

Полимерная наука не стоит на месте, создавая все новые материалы, которые творческим людям только предстоит освоить.

Каким вы видите будущее этого направления в искусстве?

Несомненно, оно будет развиваться – об этом говорит вся его эволюция, и для этого сегодня есть все условия. Именно в этом направлении реализуется стремление художников к экспериментам. В нем отражается тема взаимодействия человека и среды его обитания, сложная и все более актуальная с каждым годом. С полимерами работают модные авторы, чьи работы востребованы среди коллекционеров искусства. И, наконец, полимерная наука не стоит на месте, создавая все новые материалы, которые творческим людям только предстоит освоить.

Global 3000. Вадим Григорьев-Башун, 2018. Дерево, акрил, оргстекло, подсветка.

Скачать PDF

Другие публикации

Содержание номера