Михаил Кацевман: «Надо учиться быть успешным и на гребне волны, и в ее нижней точке»

— Какие экономические, технологические и сырьевые тренды будут влиять на производство полимерных изделий в 2026 году?

Главное, что влияет, — всегда и в 2026 году — потребность в полимерах со стороны базовых отраслей: инфраструктурного и жилищного строительства, транспортного машиностроения, производства упаковки и бытовой техники. За исключением упаковочной, все базовые отрасли, увы, не планируют бурного роста в ближайшие месяцы, что неминуемо скажется и на объемах переработки полимеров.

По сырью в стране уже наметился профицит базовых полимеров. Причина — в завершении строительства и модернизации сразу нескольких крупных сырьевых производств. И одновременно — в недостатке перерабатывающих мощностей, практическом отсутствии производства перерабатывающего оборудования и частично оснастки, например для литья под давлением. К 2030 году Россия будет выпускать дополнительно почти 7 миллионов тонн базовых полимеров в год. Чтобы их внутри страны потреблять, необходимо новое высокопроизводительное оборудование, а для этого нужны инвестиции (деньги) и разумная ключевая ставка, позволяющая эффективно решать вопросы модернизации перерабатывающих мощностей.

— Что может стать катализатором развития отрасли в 2026 году? Или, может быть, в перспективе ближайших трех лет.

Главное — это активное развитие и модернизация потребляющих отраслей, снижение ключевой ставки, стабилизация рубля. И прекращение игры в подмену понятий, когда под видом борьбы за экологию призывают прекратить выпуск пластиковых товаров, которые в большинстве случаев снижают объем вывоза испорченных продуктов на полигоны. Эти четыре фактора позволят нам вполне серьезно конкурировать с турецкими и китайскими производителями.

И, конечно, мы ждем шагов навстречу со стороны государства. Полимеры используются практически во всех отраслях, поэтому любые инициативы по стимулированию экономики будут ощутимо влиять на увеличение объемов и совершенствование переработки пластмасс, а также на использование полимерных материалов в стране. Как пример, Китай, чтобы раскачать своих потребителей, предлагает трейд-ин розничным покупателям бытовой техники и тем самым стимулирует ее производство.

— Что за последний год изменилось в базовых приоритетах отрасли? Что стало более важным, что — менее?

В 2025 году приоритетами отрасли переработки полимеров были объемы реализации, доходность бизнеса, дискуссия вокруг регуляторики РОП и налогообложения. Эти темы не потеряют актуальности и в новом году, но к числу приоритетов я бы добавил еще конкурентоспособность готовых изделий на внутреннем, а еще лучше на внешнем рынке.

— Какие три приоритетные задачи Вы бы поставили перед производителями полимерных изделий в России на 2026 год?

Первое. Нужен фокус на экономику (эффективность производства) продукта, а не на объемы. То есть особенно актуальной становится технологическая и качественная конкурентоспособность при минимуме вложений.

Второе. Производителям необходимо осознать, что клиенты — это не просто объем продаж, а партнеры, органично встроенные в твой бизнес.

Третье. Нужно сохранить и переформатировать свои кадры, а не просто их удержать с помощью зарплаты. Не столь важна численность работающих, как их профессиональные компетенции.

— Какие компетенции специалистов и руководителей, сегодня приобретают особую значимость для предприятий переработки полимеров, находящихся в стадии трансформации или роста?

В первую очередь, должна существенно вырасти квалификация менеджеров высшего звена, которые управляют предприятиями. Здесь я наблюдаю определенный дефицит отраслевых знаний и опыта. В этот непростой для нашей страны период выигрывают не «инвесторы» и не «оптимизаторы», а профессиональные архитекторы бизнеса. Задача топ-менеджмента — не выжать максимум эффекта сегодня, а выйти из стагнации с надежными и лояльными клиентами, с сильной командой, с отлаженной технологией, с высокой производительностью труда, с ясным пониманием, куда и зачем инвестировать завтра.

Второй момент, который заслуживает пристального внимания, — квалификация молодых специалистов. Я пришел в промышленность 50 лет назад из советского вуза и был абсолютно подготовлен к тому, чтобы сразу начать работать. Сегодняшние выпускники к этому не готовы. Видимо, не хватает часов обучения, практики. В результате молодые специалисты далеки от производства, как «декабристы от народа». Требуются месяцы и даже годы на их адаптацию.

Третий момент. Недостаточные профессиональные и организаторские компетенции менеджеров среднего звена — начальников лабораторий и производств. Собрать девять человек в одной комнате, поставить перед ними задачу — это еще не значит создать эффективную команду. Командой может считаться только эффективно работающий коллектив, а для этого ему необходим грамотный руководитель, умеющий реалистично и грамотно поставить задачу, распределить обязанности.

Четвертый момент. Планирование, организация, четкий контроль и спрос в процессе работы должны стать единой системой организации труда. И, что немаловажно, мотивация сотрудников, адекватно отвечающая интересам новых реалий производственных отношений. Без этого ни о какой эффективности производства, ни о каком повышении производительности труда не может быть речи.

— Как Вы оцениваете качество российской полимерной продукции?

С точки зрения качества, я считаю, что всегда есть куда расти. Резерв его повышения я вижу в тесном контакте с потребителями продукции, но главное — достижение технологического суверенитета в индустрии добавок и катализаторов, а также совершенствование техпроцессов производства. Кроме того, необходимо помнить о том, что качество требует серьезной, кропотливой работы, а не просто сертификации по ИСО 90001.

— Как быть с экологическими аспектами полимерных отходов?

Нужна четкая и выполнимая стратегия переработки и утилизации. Промышленные отходы на 100% возвращаются в основное производство. Транспортная упаковка частично используется как вторичный ресурс. А разовая упаковка, запачканная едой и грязью, должна утилизироваться современными методами. Надо незамедлительно, прямо с 2026 года, начать планомерную работу с населением как главным источником таких полимерных отходов. Самые благополучные страны по критерию переработки и утилизации полимерного мусора — не те, где работает жесткая регуляторика, а те, где граждане осознают свою персональную ответственность за экологию. В Норвегии, Швеции, Дании, Японии это отлично работает.

Надо доходчиво объяснять, какие преимущества человек получает от полиэтиленовой упаковки в холодильнике или от стаканчика из пенополипропилена. Но, получая эти преимущества, он становится ответственным за экологию. Он должен использованный стаканчик отнести в определенное место. Люди уже готовы помыть, почистить, отнести, но они твердо должны знать — куда и зачем. Работа с населением должна опираться на четко организованную систему раздельного сбора мусора. Нужна инфраструктура раздельного сбора, а она у нас пока что не создана.

Кроме работы с населением, необходима система стимулов для выпуска современной упаковки, в том числе монокомпонентной и биокомпостируемой. Без стимулов это никому не будет интересно.

К сожалению, весь массив полимерного мусора не может быть превращен во вторичный сырьевой ресурс. Значит, необходимо строить современные заводы по переработке мусора, в том числе с использованием пиролиза.

— Важна ли сертификация российских продуктов по международным стандартам? Для чего? Насколько это сложно в сегодняшних условиях?

Международная сертификация крайне важна, и не потому, что мы ожидаем прорыв в экспорте. Дело в том, что именно этот фактор показывает уровень конкурентоспособности наших полимерных материалов и изделий — по «гамбургскому», а не «местечковому» счету. Это главный путь к технологическому суверенитету, а потом и к лидерству. Это совсем не просто сегодня. Но когда конкурентная борьба была простым делом?

Конечно, процесс международной сертификации сейчас затруднен. Ситуация тяжелая, но не тупиковая. Сертификат можно получить, например, через китайские организации.

Международная сертификация важна не только для развития конкретных предприятий, но и для страны в целом — сейчас все меры стимулирования экспорта жизненно необходимы. Поэтому государство принимает ряд мер, в том числе финансовых, для поддержки таких инициатив. При Минпромторге создан Центр по внешней торговле, а в этом году распоряжением Правительства РФ № 450-р утверждена программа по продвижению отечественной продукции за рубежом под национальным брендом «Сделано в России».

— Скажется ли в обозримом будущем снижение инвестиций в оборудование и технологии на объемах производства, ассортименте и качестве отечественной полимерной продукции? В одном из интервью вы говорили о снижении на 30%. Критичны ли такие спады для отрасли?

Спады и взлеты — это парадигма рыночной экономки, и надо учиться быть успешным и на гребне волны, и в ее нижней точке.

Спад инвестиционной активности в отрасли переработки не столь критичен, поскольку есть резерв мощностей. Хотя, безусловно, он не позволяет достигать желаемого по части производительности труда и качества изделий. Критичным для отрасли является отсутствие производства оборудования для переработки пластмасс. Увы, об этом много говорится и почти ничего не делается.

— Уход мелких производителей с рынка полимерных изделий — это временное явление или серьезная отраслевая тенденция? К чему она может привести?

Как только мы перейдем к росту потребления, число мелких производителей изделий снова увеличится. Сейчас это явление временное. Это обычные флуктуации; они болезненные, но не критичные в масштабах экономики страны.

— Смогут ли существующие меры господдержки отрасли повлиять на решение таких проблем, как развитие НИОКР, подготовка кадров, совершенствование парка отечественного оборудования для производства полимерных изделий?

Меры господдержки крайне важны. В нашей отрасли, как и в любой другой, именно регуляторика должна придать развитию требуемый темп и направление. Сейчас, к сожалению, партнерство государства и предприятий идет в основном вокруг того или иного льготного финансирования. Это важно, но недостаточно.

Техническая политика носит рекомендательный, а не мобилизационный характер, поэтому все импульсы, связанные с технологическим суверенитетом и лидерством, остаются во многом лозунгами, не подтвержденными программой действий, ответственностью компаний, сроками реализации. Нужна системная работа и взаимная заинтересованность сторон. Положительные примеры есть: сеть отечественных центров по разработке и исследованию полимеров «СИБУР ПолиЛаб», кластер Росатома и Минпромторга «Композиты без границ», инфраструктурная модель «Алабуга» и другие.

— Какую программу господдержки Вы бы предложили внедрить немедленно?

Для начала надо в оперативном порядке сформировать и коллегиально утвердить Стратегию развития отрасли переработки пластмасс, которую поддерживают флагманы-переработчики, бизнес-сообщество, а не только чиновники отраслевых министерств или аналитики многочисленных агентств. Только объединение интересов государства и предпринимателей может дать быстрый эффект развития. Предложения «сверху», равно как и «снизу» (от переработчиков), в большинстве случаев так и остаются на бумаге.

Инициатива, конечно, должна исходить от государственных структур — Минпромторга и Минэнерго. Но все стратегии сейчас разрабатываются крупными аналитическими центрами или институтами, а не бизнесом, который изнутри лучше знает все проблемы отрасли. Должна быть дискуссия, разговор теоретиков и практиков. Но где это обсуждение, где зал на 100 человек, где протокол разногласий?

В сегодняшнем проекте стратегии я, к сожалению, не вижу отражения интересов 9 тысяч предприятий-переработчиков регионального уровня, которые составляют основу переработки в любой стране. Крупные компании, а их 1,5–2 тысячи, и без стратегии прекрасно знают, что делать и куда идти.

— Дефицит каких видов сырья критичен для развития переработки полимеров и производства готовых изделий? Как Вы оцениваете перспективы достижения технологического суверенитета и связанных с ним программ импортозамещения в отрасли?

Многие виды сырья, стратегически важного (не по объему, а по номенклатуре) для развития отраслей потребления, до сих пор не выпускаются или выпускаются в недостаточном количестве. Критически важны добавки и катализаторы. Но браться одновременно за всё — неразумно и расточительно. Именно из-за бессистемности программа реального импортозамещения буксует.

Наработанный ресурс сегодня невелик, потому что более 30 лет мы опирались на глобальный рынок: покупали то, что требовалось, а не развивали собственное производство. Упущено много времени. И теперь нам надо совместно с производителями сырья и научными партнерами четко обозначить, чего именно нам не хватает для технологического суверенитета и какие направления могут привести нас к технологическому лидерству.

Условно, таких направлений может быть, как пример, 10. Но надо понимать, что по всем десяти мы не добьемся ожидаемого результата. Для этого у нас не хватит ни времени, ни компетенций, ни денег. Значит, надо из десяти приоритетов выбрать три, которые являются стратегически важными, и по ним планомерно работать — от идеи до ее реализации в производстве.

Уверен, что при таком подходе у нас все получится. Если посмотреть, что было изобретено в России — царской, советской и постсоветской, — то почти все, что в голову приходит, именно Россия и изобрела. А если посмотреть, что из этих изобретений у нас было внедрено и освоено, то список уменьшится в десятки раз.

Так давайте уже сбалансируем количество гениальных голов, которые открывают, и количество гениальных команд, которые внедряют. Результатов будет меньше, чем задумок, но они будут эффективными.

— Что до сих пор мешало это сделать?

Фрагментарность мышления. И она до сих пор нам мешает. То есть закрывается какой-то маленький кусочек проблемы, и это подается как отдельное достижение. И при этом никто не думает о том, что новое достижение находится в единой системе ценностей индустрии. Фрагментарность мышления, инициатив и регуляторики — вот главные беды, сдерживающие развитие.

Предпосылки к системным сдвигам есть. Впервые на уровне государственных программ у нас формулируется понятие единой цепочки — от сырья до готового и, главное, востребованного продукта. Я говорю о национальном проекте «Новые материалы и химия» и федеральном проекте «Развитие производства химической продукции». Это грамотно написанные документы, и все новые стратегии и программы бизнеса необходимо разрабатывать в их рамках.